Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40

29


Ветер утренний тронул листы,

Но Планетка Любви не погасла...

А. Теннисон. Мод (1855)


Особенное благоразумие состоит также и в том, чтоб совершать поступки не

из 1-го только желания их совершить, а напротив, по велению долга и здравого

смысла Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40.

Мэтью Арнольд. Записные книги (1868)


Красное солнце как раз выходило из-за волнистой полосы сизых бугров,

чуть различимых за Чезилской косой, когда Чарльз, если и не в костюмчике

наемного плакальщика на похоронах, то с Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 подходящим выражением лица

вышел из дверей "Белоснежного Льва". Светлое небо, промытое вчерашнею грозой,

отливало прозрачной ласковой синью, а воздух был бодрящий и незапятнанный, как свежайший

лимоновый сок. Если вы встанете в Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 таковой час сейчас, весь Лайм будет в вашем

единоличном распоряжении. Но во времена Чарльза люди вставали еще

ранее, и оттого ему не выпала на долю такая фортуна; но люди, которые

попадались навстречу, отличались приятным отсутствием Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 светских претензий и

первобытной бесклассовостью обычных смертных, которые встают на заре и

отправляются на работу. Двое-трое прохожих сердечно приветствовали Чарльза;

в ответ он не очень разлюбезно кивнул и помахал им на ходу ясеневой палкой Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40.

Он от всей души вожделел всем этим хорошим людям провалиться через землю и очень

обрадовался, когда город остался сзади и он свернул на дорогу, ведомую к

террасам. Но как он ни цеплялся за Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 свою хандру, от нее (равно как и от

подозрения - которое я укрыл, - что пошел он туда, руководствуясь древней

поговоркой "двум смертям не бывать, одной не миновать", а никак не

великодушными побуждениями) очень скоро не осталось и следа - стремительная Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 ходьба

согрела его изнутри, а внутреннее тепло еще более усилилось наружным,

которое принесли с собой лучи утреннего солнца. Оно было не по привычке ясным,

это преждевременное, ничем не оскверненное солнце. Казалось, оно даже Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 пахнет -

нагретым камнем, обжигающей фотонной пылью, что струится через мировое

место. На каждой тра винке переливалась жемчужная капелька росы. На

склонах, высившихся над тропой, в косых солнечных лучах медово золотились

стволы ясеней и платанов, вздымавших Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 ввысь своды свежайшей зелени; в их было

нечто загадочно религиозное, но то была религия, существовавшая до всяких

религий, - вокруг расплескивался некий друидический бальзам, какая-то

сладостная зелень, зеленоватая бесконечность разнообразнейших цветов, местами

даже Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 темная в дальних тайниках листвы, от самого броского изумруда до самого

бледноватого хризолита. Лисица перешла ему дорогу и как-то удивительно на него

посмотрела, как будто Чарльз вторгся в ее владения, а прямо за нею Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40, со

сверхъестественно стршным сходством, с сознанием такого же богоданного права на

эту землю, на него вдумчиво подняла глаза косуля и, окинув его своим

царственным взглядом, тихонько оборотилась и скрылась в почаще. В Государственной

галерее есть картина Пизанелло Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40, в какой живо схвачено точь-в-точь такое же

мгновение: святой Евстахий в лесу эры ранешнего Возрождения посреди животных и

птиц. Святой так потрясен, как будто над ним сыграли злую шуточку; всю Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 его

самоуверенность смыло в один момент открывшейся ему глубочайшей потаенной природы -

всеобщим параллелизмом сущего.

Но не только лишь эти два зверька были исполнены некоего потаенного значения. На

деревьях заливались певчие птицы - синички, воробьи, темные Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 дрозды;

ворковали лесные голуби, придавая этому штилевому утру безмятежность

вечера, лишенную, но, его элегической печалься. Чарльзу казалось, как будто он

шагает по страничкам бестиария, такового красивого, нарисованного так тонко и

кропотливо, что каждый листок, любая пичужка, любая веточка Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 принадлежит

какому-то исполненному совершенства миру. Он на секунду тормознул,

потрясенный этим чувством максимально детализированной вселенной, в какой

все имеет свое предназначение и все неподражаемо. Крохотный королек сел на

вершину куманики в каком Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40-нибудь 10-ке футов от него и звучно запел свою

страстную песнь. Чарльз увидел его блестящие темные глаза, красновато-желтое

раздутое пением гортань - маленький комок перьев, ухитрившийся, но,

стать ангел ом-провозвестником эволюции: я Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 - это я, и ты не смеешь меня не

замечать. Чарльз стоял как святой на картине Пизанелло, изум ленный,

пожалуй, больше своим своим изумлением перед этим миром, который

существовал так близко, практически впритирку к удушливой Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 непристойности каждого

обыденного денька. В те недлинные мгновенья, что продолжалась эта вызывающая песнь,

хоть какой обыденный час, хоть какое место - а поэтому вся нескончаемая череда мест, где

Чарльз проводил свои деньки, - показались ему безвкусными, вульгарными и

грубыми Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40. Ужасающая скукотища людской реальности расщепилась до

основания; самое сердечко жизни пульсировало в горле королька.

Казалось, эта торжествующая трель возвещала реальность еще

более глубокую и необычную, ежели псевдо-Линнеева реальность, которую

Чарльз ощутил этим ранешным днем на Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 берегу, - возвещала, может быть, никак

не необычную правду, что жизнь превалирует над гибелью, индивид над

видом, экология над систематизацией. Сейчас мы считаем такие правды само

собой разумеющимися, и нам тяжело представить для себя, какой Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 наизловещий смысл

открылся Чарльзу в таинственном призыве королька. Ибо за хрупким зданием

человечьих установлений ему привиделись не новые глубины, а быстрее

всеобщий хаос.

И, не считая того, в этом благодарственном молебне природы содержалась Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 и

более близкая ему горечь, ибо Чарльз ощутил себя во всем

отлученным. Он изгнан, рай навечно потерян. И вновь он уподобился Саре -

ему было позволено стоять тут, среди Эдема, но не услаждаться им, а

только завидовать Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 экстазу королька.

Он пошел по тропинке, по которой ранее прогуливалась Сара и которая была

укрыта от взоров жителей сыроварни. И очень кстати, ибо бренчание ведра

предупредило его, что сыровар либо его супруга кое-где вблизи. Итак Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40, он

углубился в лес и сконцентрированно зашагал далее. Какое-то параноическое

перемещение вины внушило ему чувство, как будто деревья, кустики, цветочки и даже

неживые предметы неотступно за ним смотрят. Цветочки стали очами Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40, камешки обрели

уши, стволы обличающих его деревьев перевоплотился в многоголосный греческий

хор.

Добравшись до того места, где тропа разветвлялась, он взял на лево.

Тропинка вилась по густому подлеску и по все более пересеченной местности,

ибо тут почва Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 начала подвергаться эрозии. Море подошло поближе; оно было мо-

лочно-голубым и нескончаемо размеренным. Сберегал равномерно выравнивался - у

зарослей тут удалось отвоевать цепочку маленьких лужаек, и приблизительно в

сотке ярдов к Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 западу от последней из их в малеханькой ложбине, которая в конце

концов спускалась к краю утесов, Чарльз увидел тростниковую крышу амбара.

Тростник был старенькый, поросший мхом, отчего это малюсенькое каменное строение

казалось еще больше темным и Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 невеселым. Сначало тут было летнее

жилище какого-либо пастуха, сейчас сыровар держал в нем сено; сейчас

от него не осталось и следа, так сильному разрушению подверглась эта

местность за последние 100 лет.

Чарльз тормознул и поглядел вниз Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 на амбар. Он ждал узреть там

женскую фигуру, и оттого, что это место казалось таким заброшенным, еще

более разнервничался. Он стал осторожно спускаться к нему, как человек,

пробирающийся через тропические заросли, в каких полным Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40-полно тигров. Каждую минутку

он ждет нападения и не очень полагается на свое умение обладать ружьем.

Древняя дверь была закрыта. Чарльз обошел вокруг малеханького строения.

Через квадратное окошко в восточной стенке он заглянул Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 в мглу, и на него

пахнуло затхлым запахом прошлогоднего сена. Оно было свалено в кучу в конце

амбара против двери. Он обошел другие стенки. Сары нигде не было видно. Он

обернулся в Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 ту сторону, откуда пришел, думая, что мог ее обогнать. Но

дикая земля все еще покоилась в мирном утреннем сне. Он помешкал, достал

часы, подождал еще минутки две либо три, не зная, что делать далее, и Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 в конце концов

толкнул и отворил дверь амбара.

Он увидел твердый каменный пол, а в далеком конце две либо три ломаные

загородки с сеном, которое еще можно было пустить в дело. Но рассмотреть

этот далекий конец Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 было тяжело, так как через окошко в амбар вливался

броский солнечный свет. Чарльз подошел к этой косой полосе света и вдруг в

страхе отпрянул. На гвозде, вбитом в древесный столб, что-то Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 висело. Это был

темный капор. Может быть, прочитанное намедни ночкой внушило ему леденящее

предчувствие, что под изъеденной жучком дощатой перегородкой, за этим

капором, висячим там подобно стршному напившемуся крови вурдалаку, прячется

что-то ужасное, чего он еще не Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 лицезреет. Не знаю, что он ждал там узреть -

какое-нибудь зверски изуве ценное тело, труп... он готов был

оборотиться, выскочить из амбара и кинуться назад в Лайм. Но какое-то

слабенькое подобие звука принудило его Любовница французского лейтенанта 158 - страница 40 шагнуть вперед. Он боязливо перегнулся

через загородку.




lyudvig-fejerbah-kommunisticheskoe-dvizheniie-ocherki-istorii-harkov.html
lyudyam-vedushim-zagruzhennij-obraz-zhizni-kakie-knigi-vi-porekomendovali-bi-v-kachestve-neobhodimogo-chteniya-dlya-izucheniya-ezotericheskoj-nauki-maj-84.html
lyuis-kerroll-doklad.html