M. К. Петров: жизнь и идеи

Имя Миши Константиновича Петрова, его судьба и идеи не достаточно известны широкому кругу русских ученых. Меж тем взоры создателя очень увлекательны и опираются на анализ огромного количества фактов, почерпнутых из разных областей познания, способны и на данный момент, практически через 20 лет после их рождения, будить идея. Читателю, разумеется, будет любопытно выяснить M. К. Петров: жизнь и идеи о жизни М. К. Петрова, об главных направлениях его творчества, идеях.

Миша Константинович Петров родился 8 апреля 1923 г. В 1940 г. он поступил в Ленинградский кораблестроительный институт. В 1941 г. он в рядах действующей армии на Ленинградском фронте. За роль в боевых действиях М. К. Петров имел правительственные заслуги. В 1944 г. его командируют M. К. Петров: жизнь и идеи на учебу в Военный институт зарубежных языков, который он с различием оканчивает в 1949 г. Проработав три года педагогом этого института, М. К. Петров с 1952 г. становится начальником кафедры зарубежных языков Ростовского артиллерийского училища. В 1956 г., уволившись в припас, он поступает в аспирантуру Института философии АН СССР. Тут работает над M. К. Петров: жизнь и идеи неуввязками истории древней философии. В 1959 г. завершает диссертацию «Проблемы детерминизма в древнегреческой философии традиционного периода». Но защита не свершилась из-за принципных расхождений с научным управляющим.

В конце 1959 г. М. К. Петров написал публицистическую повесть «Экзамен не состоялся»[*], которую в июне 1960 г. выслал в ЦК КПСС с сопроводительным письмом M. К. Петров: жизнь и идеи. Он рассматривал ее как вероятную «затравку» для откровенного разговора в печати перед XXII съездом партии. Из ЦК КПСС повесть была ориентирована в Ростовский ОК КПСС, а оттуда в политуправление СКВО (в это время М. К. Петров был избран по конкурсу заведующим кафедрой зарубежных языков Ейского летного M. К. Петров: жизнь и идеи училища). В апреле 1961 г. политотдел Ейского училища рассматривает персональное дело М. К. Петрова. В июле 1961 г. парткомиссия при Главном политуправлении Русской Армии и Военно-Морского Флота подтверждает решение партбюро учебно-летного состава и парткомиссии

при политотделе Ейского летного училища, парткомиссии при политотде­ле военно-воздушных сил Северо-Кавказского военного окрестность и M. К. Петров: жизнь и идеи партко­миссии при политуправлении этого военного окрестность об исключе­нии М. К. Петрова из членов КПСС: «...за недостойное поведение, выразившееся в написании и послании в ЦК КПСС повести антипартий­ного содержания». 1 июня этого же года М. К. Петрова увольняют с работы по пт «В» статьи 47 КЗОТ РСФСР. В июле 1962 Комитет M. К. Петров: жизнь и идеи партийного контроля при ЦК КПСС не находит оснований для восста­новления М. К. Петрова в партии.

В сентябре 1962 г. М. К. Петров стал работать педагогом кафедры зарубежных языков Ростовского госуниверситета. В период Принужденного перерыва в работе с июня 1961 по сентябрь 1962 и в 1-ые годы работы на кафедре M. К. Петров: жизнь и идеи зарубежных языков он усиленно занимается вопросами методики преподавания зарубежных языков, неуввязками общей лингвистики. Результаты этих занятий описаны в сохранившихся рукописях. К концу 1964 –началу 1965 г. у М. К. Петрова складывается уникальная концепция роли языка в становлении людской психики. Сразу он готовит ряд статей по древней философии, размещенных в «Философской энциклопедии».

В M. К. Петров: жизнь и идеи 1964 г. в Ростов на дону приезжает группа служащих «Философской энциклопедии» для обсуждения вышедших томов. Посреди их были знакомые М. К. Петрова по Институту философии, и это сближает его с коллективом кафедры философии РГУ. Он интенсивно врубается в работу по исследованию науки в рамках науковедения (либо науки о науке M. К. Петров: жизнь и идеи), которая разворачивалась в это время на кафедре. С 1965 г. он, оставаясь Сотрудником кафедры зарубежных языков, начинает работать на кафедре философии. Он читает историко-философские курсы на заочном и ве­чернем отделениях экономико-философского факультета РГУ, для слушателей ИПК (педагогов публичных наук) при РГУ. В 1965 г. он подает заявление о M. К. Петров: жизнь и идеи восстановлении в партии. Его просьба, поддержанная парткомом РГУ и Кировским райкомом, отклоняется городским и областным комитетами КПСС. Весной 1967 г. удачно защищает кандидатскую диссертацию «Философские трудности науки о науке»». В сентябре этого же года перебегает работать педагогом кафедры философии РГУ, а в декабре становится старшим преподавате­лем. Его лекции по истории философии M. К. Петров: жизнь и идеи, выступления на проблемных семинарах пользуются большой популярностью у студентов, аспирантов, юных педагогов РГУ, у слушателей ИПК.

В 1969 г. М. К. Петров публикует статью «Предмет и цели исследования истории философии» («Вопросы философии». 1969. № 2). Она вызывает бессчетные отклики, посреди которых преобладают критичные. В итоге однобокой полемики (М. К. Петров практически был лишен M. К. Петров: жизнь и идеи способности на публике защищать свою позицию) последовали организационные выводы[†]. С 1 июля 1970 г. он был уволен из университе­та на базе решения парткома РГУ о невозможности использова­ния М. К. Петрова на преподавательской работе по философии.

В сентябре 1970 г. М. К. Петров работает старшим научным сотрудни­ком СКНЦ ВШ. Там он M. К. Петров: жизнь и идеи и проработал последние 17 лет собственной жизни. 11 апреля 1987 г. М. К. Петров погиб. Погибель застигнула его в самом начале перестройки, за какую он выступал всю свою творческую жизнь, застигнула тогда, когда появилась надежда, что глас его может быть услышан, что идеи его сумеют получить беспристрастную оценку. Ведь больше всего он M. К. Петров: жизнь и идеи мучился из-за отсутствия гласности.

Исключенный из партии, отстраненный от преподавательской деятель­ности, М. К. Петров был практически вполне лишен способности публикации собственных работ. То, что им размещено, не считая рефератов и обзоров зарубежной литературы в науковедческой серии ИНИОН, также неких его переводов, сводится к статьям в «Философской M. К. Петров: жизнь и идеи энциклопе­дии», к статье по методологии истории философии в журнальчике «Вопросы философии» и к немногим статьям по науковедческой проблематике, помещенным в различных изданиях. А это только малая доля написанного им.

Рукописное наследство М. К. Петрова общим объемом в 350 п. л. (без первой кандидатской диссертации и языковедческих работ 1961 – 1964 гг M. К. Петров: жизнь и идеи.) включает работы по методологическим дилеммам культуроведения, истории философии и науковедения, по древней культуре и интеллекту­альной революции XVII в., исследования современного состояния науки и кризиса онаучивания развитых обществ. Посреди этих рукописей монографии: «Античная культура» (10 п. л., 1966), «Самосознание и научное творчество» (15 п. л., 1967), «Искусство и наука» (9 п. л., 1968), «Язык, символ, культура M. К. Петров: жизнь и идеи» (15 п. л., 1974), «Человекоразмерность. Типы культур и отношение человека к природе» .(5 п. л., 1978), «Формирование предмета исследования буржуазной социологии науки в 1970-е гг.» (5 п. л., 1980), «Фундаментальные исследования и научно-академическое общество в системе современного развитого общества» (16 п. л., 1982), «История институтов науки (опыт изложения институци­ональной истории науки на материале M. К. Петров: жизнь и идеи англо-американской научной традиции)» (25 п. л., 1983), «Наука и онаучивание развитого общества» (10 п. л., 1985), «Теоретические базы научной и академической политики» (17 п. л., 1986), «История европейской культурной традиции и ее препядствия в свете главных положений тезаурусной динамики» (70 п. л., 1980-1986).

Пафос всего творчества М. К. Петрова – освобождение сознания живущего поколения людей от общественного фетишизма, когда социальные M. К. Петров: жизнь и идеи университеты и знаковые системы наделяются самостоятельностью и возни­кает убеждение, как будто человек должен этим институтам всем, а сами университеты и системы могут обойтись без человека, владеют способностью к саморазвитию. Такое убеждение рождает социальную пассивность, упование на «колесо истории», притупляет чувство личной ответственно­сти за все, что M. К. Петров: жизнь и идеи делается тут и сейчас.

Исследования М. К. Петрова по философии, истории науки и культуры опираются на диалектико-материалистическое осознание истории. Отда­вая подабающее необходимости общественного кодировки людской жизнедеятельности, вечности социума в сопоставлении со смертным индивидумом,

он постоянно подчеркивает монополию человека на творчество. Это исключает апелляцию к внечеловеческим сущностным силам и M. К. Петров: жизнь и идеи предпола­гает свободу от всех форм фетишизма. Наличная соц структура хотя и является средством, которое обеспечивает преемственность развития, но сразу она объект преобразований со стороны индивидов. Соц беспристрастная действительность в отличие от природной является другой. Это значит, что близкие по смыслу задачки могут решаться разными типами структур, но M. К. Петров: жизнь и идеи выбор остается за индивидом, а не социальной структурой. Исторический процесс не может быть связан в целое по принципу непрерывной лестницы, на ступенях которой размещаются наличные социальные структуры, либо по принципу дороги, по которой бредут социумы, передовые и отставшие. Люди, а не социальные структуры определяют гуляй и цели исторического движения M. К. Петров: жизнь и идеи. Взятая сама по для себя, ни одна соц структура не содержит имманентного вектора либо цели, которые независящим от людей методом принудили бы ее перейти в другой тип структуры.

Являясь убежденным и поочередным приверженцем диалектико-материалистического осознания людского бытия и процесса истории, М. К. Петров ясно понимает, что соц фетишизм коренится M. К. Петров: жизнь и идеи в особенностях общественного бытия и что фетишистское сознание может быть преодолено исключительно в итоге конфигурации этого бытия, его революционного преобразования. Но он также и понимает, что без критики фетишистского сознания, без ясного понимания его губительных последствий нельзя навести практическую энергию людей на революционное преобразование, нельзя дать им M. К. Петров: жизнь и идеи «истинный девиз борьбы».

Эти идеи пронизывают все работы М. К. Петрова, каким бы темам они, ни были посвящены. Но в особенности они видны в трудах, направленных на исследование парадокса науки. Попытаемся дать суммарное представление о приобретенных результатах, делая упор на размещенные и неопублико­ванные его работы. За пределами этого послесловия останутся другие M. К. Петров: жизнь и идеи направления его творчества – история философии, общая теория культу­ры, философия языка.

* * *

Уже 1-ый подход к исследованию науки, явлений научно-технической революции и ее следствий приводит М. К. Петрова к выводам, которые на данный момент – через 20 с излишним лет – практически вошли в общее сознание. НТР, ее экологические и военные M. К. Петров: жизнь и идеи следствия ставят население земли перед проблемой или погибнуть как вид, или подчинить собственному сознательному контролю социальные университеты и знаковые системы, ход их развития. В том числе и сначала – науку, являющуюся мощным фактором развития общества. Личным препятствием для такового подчинения науки является, по воззрению Петрова, фетишизация институциональных и знако M. К. Петров: жизнь и идеи­вых форм ее существования. Их необходимо преодолеть, что позволит выработать адекватное отношение к ней и на уровне обыденного сознания вненаучной общественности, и на уровне сознания агентов самой научной деятельности, и на уровне сознания инстанций, формирующих государ­ственную и международную политику в области науки.

Наука в ее результатах, в ее знаковых формах M. К. Петров: жизнь и идеи должна быть понята как

продукт деятельности конечных и смертных людей, как продукт их творчества. В базе адекватного дела к науке, теоретического базиса научной политики и должно лежать познание о творчестве. Одной из ошибок исследователей науки является, по воззрению М. К. Петрова, попытка выстроить познание о науке по эталону M. К. Петров: жизнь и идеи естественнонаучного познания. Меж тем естественнонаучное познание нацелено на репродуктивность, повтор, а не на творчество, не на штучный продукт. Означает ли это, что действительное, критически важное, позволяющее принимать политические решения познание о творчестве вообщем и о на­учном творчестве а именно нереально? Как следует, невозможна и на теоретическом уровне обоснованная M. К. Петров: жизнь и идеи научная политика?

Нет, считает Петров. Познание о творчестве имеет канонический нрав. Термин «канон» Петров соображает в духе Канта. Оно не добивается единичного. Познание словаря и грамматики, к примеру, органиче­ски неспособно дать нам операции вывода тех либо других литературных текстов, вероятные тексты на данном языке. Но без познания словаря и M. К. Петров: жизнь и идеи грамматики не усвоишь и не оценишь этих текстов. Зная «словарь» и «грамматику» науки, условия их существования, можно повлиять на ход развития науки, провоцировать либо тормозить то либо другое направление.

В поисках таких канонических констант научного творчества М. К. Петров обращается к науке о науке, направлению, пытающемуся учить M. К. Петров: жизнь и идеи науку средствами самой науки; к социологии науки; к много­численным исследованиям по истории науки. Он критически анализирует концепции и факты, добытые в этих сферах познания. Извлекает те оптимальные зерна, которые сохраняются в этих областях познания после снятия институционального и знакового фетишизма, после соотнесения этих познаний с эталоном канонического познания M. К. Петров: жизнь и идеи. Практически в каждой рукопи­си М. К. Петрова содержится экскурс в труды науковедов, в труды социологов науки и в труды историков науки различных направлений. М. К. Петров пристально изучает и труды врагов науки, выделив в качестве оптимального ядра указание на обилие типов познания, на практическую значимость донаучного познания, позволившего человече­ству, показавшемуся M. К. Петров: жизнь и идеи в некий одной точке земного шара, освоить всю земную поверхность, поставить для себя на службу многие ресурсы неорганической природы, растительного и животного мира, сделать до появления науки технологии, обеспечивающие человеческое суще­ствование в протяжении 1000-летий.

На основании критичного анализа трудов апологетов и критиков науки, делая упор M. К. Петров: жизнь и идеи на добытые ими факты и собственные наблюдения, избегая знаковой и институциональной фетишизации, руководствуясь эталоном канонического познания, М. К. Петров строит собственный анализ парадокса науки, ее предыстории и истории. Он делит тот взор, согласно которому наука, возникнув в Европе кое-где в XVII в., стала в наше время мощным фактором общественного M. К. Петров: жизнь и идеи обновления, реальной производительной силой. Это выражается в том, что наука генерирует новые технологии, заменяя классические экономически более выгодны­ми, более оптимальными, наименее людными. Еще в конце 60 – начале 70-х гг. он показывает на то, что неувязка внедрения науки в создание – это сначала неувязка сотворения хозяйственного

механизма, который должен быть таким, чтоб создание M. К. Петров: жизнь и идеи само тянулось к науке, стремилось снижать себестоимость собственных товаров, повышая производительность труда методом внедрения научных достиже­ний, новых технологий. Исключительно в таких критериях она сумеет сделать действительные шаги навстречу производству, стать фактором его неизменного обновления.

Но дело не только лишь в хозяйственном механизме. Чтоб осознать науку как фактор общественного M. К. Петров: жизнь и идеи обновления, нужно ее разглядеть, как целостный парадокс, имеющий фронтальный край и тылы, подойти к ней исторически.

Фронтальный край науки представлен совокупой научных дисциплин: М. К. Петров рассматривает научную дисциплину как форму коллектив­ной познавательной деятельности людей, позволяющую им сообща извлекать новое познание из предмета дисциплинарного и общего M. К. Петров: жизнь и идеи для теоретического коллектива. Любая из дисциплин имеет свои эталоны деятельности: а) правила верификации на дисциплинарную истинность; б) правила интеграции целостности; в) правила дисциплинарного оповеще­ния; г) правила дизайна продукта. Эти эталоны обеспечивают сохранение результатов личных усилий ученых, отчуждение их в коллективно-дисциплинарное богатство, без чего эти результаты оказались бы M. К. Петров: жизнь и идеи неуловимы и летучи, как и брошенное на ветер слово. Дисциплинарная организация науки является формой ее самоорганиза­ции, в какой видно, что по собственной природе наука является глобальным феноменом, не знающим границ государственных стран.

Условием обычного существования научных дисциплин, т.е. самой науки, является свободный обмен мыслями меж всеми живущими M. К. Петров: жизнь и идеи. и жившими участниками–этой коллективной формы познавательной деятельности. А это означает, что в науке нужна наибольшая гласность, которая осуществляется через институт публикации. Для науки как глобального парадокса учёный, не публикующий свои труды, не существует. Всякие препятствия к публикации являются бесспорным злом для развития науки. Но есть зло неминуемое, связанное с соображе­ниями M. К. Петров: жизнь и идеи секретности в критериях раздела мира на отдельные страны. Такое зло необходимо сводить к минимуму. А есть ограничения на публика­ции, связанные с ошибками в научной политике: экономия на бумаге, пробы установить ценность работы до ее публикации. Специалисты, к которым апеллируют в последнем случае, берут на себя роль господа бога M. К. Петров: жизнь и идеи, знающего не только лишь прошедшее и истинное, да и будущее науки. Ценность хоть какой научной работы, выполненной по эталонам данной дисциплины, не может быть определена в момент ее возникновения на свет, она есть функция ее следующей истории, ее возможности служить отправным пт для новых публикаций. Это определяется M. К. Петров: жизнь и идеи частотой, цитирования данной работы. Частота цитирования – показатель, поддаю­щийся измерению, но не до публикации, а после нее. В текущее время, считает М. К. Петров, процветает прямо-таки геноцид по отношению к научным талантам. Ссылаясь на национальную безопасность, нехватку бумаги, малую ценность высказанных мыслях, этим идеям и создателям не дают проявить себя M. К. Петров: жизнь и идеи через публикации, что понижает кпд науки. Люди, наделенные властью определять политику в отношении науки, отыскивают корешки понижения кпд науки не там, где они вправду находятся.

М. К. Петров, рассматривая процесс зарождения новых дисциплин в итоге дисциплинарной революции, приходит к выводу, что сама наука появилась в итоге дисциплинарной M. К. Петров: жизнь и идеи революции в рамках дисциплины, не являющейся, наукой в современном смысле слова. Таковой ненаучной дисциплиной была, по воззрению М. К. Петрова, христианская теология. Последняя появилась в итоге древних методов теоретизи­рования в решении задачи бог – творец. Ген научности, давший в конечном итоге современную науку как совокупа научных дисциплин, нужно M. К. Петров: жизнь и идеи находить в античности.

Не считая фронтального края, у науки имеются к тому же тылы. С фронтального края науки, где совершаются открытия, идеи движутся в 2-ух направлениях: в – создание – через деятельность прикладной науки и промышленных лабораторий и в головы людей – через систему аспирантуры и вузовского образования, где новые идеи перебегают M. К. Петров: жизнь и идеи вкурсы лекций; через университеты, где прошедшие аспирантуру и университетскую выучку преподаватели готовят докторов, агрономов, ученых; через систему среднего образования, где приготовленные институтскими выпускниками учителя готовят из первоклассников будущих рабочих, инженеров, агрономов, докторов, учителей, служащих отраслевых лабораторий, отраслевых и академи­ческих научно-исследовательских институтов, служащих университе­тов. Равноправие движения 2-ух направлений движения мыслях M. К. Петров: жизнь и идеи от пе­реднего края науки – в создание и в школу – только кажущееся. Самый безупречный хозяйственный механизм, обеспечивающий непрерыв­ное обновление технологий, будет тормозиться, если в него не вовлечены люди, способные воспринять новые идеи и технологии. Такие возможности люди могут развить исключительно в рамках системы образования, представлен­ной M. К. Петров: жизнь и идеи в продвинутых странах всеобщим школьным образованием, обеспечиваю­щим определенный уровень общих для всех людей познаний и огромного количества направлений специализирующего постшкольного образования – от ПТУ до институтской аспирантуры. Наука укоренена и выступает действи­тельным фактором общественного обновления исключительно в том обществе, где она обеспечивает саму себя кадрами через систему институтского M. К. Петров: жизнь и идеи образования в все области вероятного приложения собственных мыслях через систему спец образования. Это может быть исключительно в том случае, если она является фундаментом всеобщего школьного образова­ния. Средняя школа, институт и разнообразные высшие учебные заведения – это тылы науки. Появившаяся в итоге умственной революции XVII в. (дисциплинарной по собственному нраву), наука перебегает M. К. Петров: жизнь и идеи на кадровое самообеспечение, подчиняя для себя институт, а потом и среднюю школу. Существование фронтального края науки невообразимо без этих тылов. Потому история становления институтов онаучивания общества не может быть разделена от истории науки, и исследование парадокса науки не будет полным без исследования устройств образования. Необходимо отметить, что возникновение штатских M. К. Петров: жизнь и идеи школ также относится к античности, т.е. ген научности необходимо находить и там.

Для исследования парадокса науки в целостном виде М. К. Петров выработал в конце 70-х гг. концепт тезаурусной динамики. Сущность его состоит в последующем. Если обозначить ТД (тезаурус дисциплины) содержание текстов, которые необходимо освоить, чтоб подключиться M. К. Петров: жизнь и идеи к дисциплинарной деятельности на фронтальном крае науки, а Т0

– содержание познаний первоклассника, то движение от тыла науки к фронтальному краю будет движением от Т0 к ТД. Это движение осуществля­ется силами контактирующих сторон А и В, где А – обучающие обладатели ТД большего, чем Т0В, прилагают все M. К. Петров: жизнь и идеи усилия, чтоб тезаурус Т0В (слушате­ля) трансформировать в Т1, потом в Т2, Т3 и т.д., пока он не станет равным ТД. Совершив вылазку в мир открытий, В, ставший сейчас представителем научной дисциплины, обогащает собственный ТД, доводит его до ТД1. В публикациях он выступает уже как А, стремящийся преодолеть различие меж M. К. Петров: жизнь и идеи своим ТД1 и тезаурусом ТД коллег по дисциплине, перевести свое открытие в тезаурусное богатство дисциплины.

Такое формализованное представление движения через систему образования к фронтальному краю науки и деятельности там позволи­ло М. К. Петрову опредметить ряд процессов, обычно ускользающих от внимания исследователей, сделать предметом исследования известные M. К. Петров: жизнь и идеи, но далековато не познанные еще вещи. Вот некие из их. Универсалией тезаурусной динамики является, по Петрову, положение: Т1 предшествующего акта общения становится Т0 следующего. Нарушение тут может вести к разным сбоям. Движение от Т0 до ТД идет волнами. Каждый год новенькая волна первоклассников начинает движение через школу к уни­верситету, к аспирантуре M. К. Петров: жизнь и идеи – к фронтальному краю науки. В хоть какой из годов можно поменять программку хоть какого годичного шага, только бы сохранилось условие, что Т1 предшествующего года выступало как Т0 текущего. В обществе, в каком действует закон о всеобщем среднем образовании, школьный переход может быть обозначен как Т0 – ТУ. Универсальным человеком M. К. Петров: жизнь и идеи нашего общества является десятиклассник. На его языке, ориентируясь на его уровень познаний, строится общение по поводу всего выходящего за границы особых, дисциплинарных интересов, по поводу всех общегражданских заморочек. Специализирующий переход, дающий ту либо иную профессию, специальность, осуществляемый в ПТУ, техникумах, институтах, институтах, может быть обозначен как ТУ – ТС M. К. Петров: жизнь и идеи. Переход, выводящий на фронтальный край науки обычно через аспирантуру, ТС – ТД. В переходе Т0 –ТУ – ТС – ТД часть Т0 – ТУ уподобляет индивидов, приводит их к среднему, универсальному знаменателю, часть же ТУ – ТС – ТД расподобляет индивидов, разводит по разным видам специали­зированной деятельности, без которой общество не может существовать как целое. Посреди M. К. Петров: жизнь и идеи их все огромную роль играет деятельность в области науки – важный фактор обновления других видов специализиро­ванных деятельностей и пути к ним.

Так смотрится дело в современных развитых обществах. Чтоб разобраться в коллизиях, которые тут появляются, нужно через призму концепта тезаурусной динамики поглядеть, как складывался институт науки и M. К. Петров: жизнь и идеи онаучивания общества. С помощью концепта тезаурусной динамики фиксируется метод, каким решается задачка, стоящая перед хоть каким человечьим обществом на любом шаге развития населения земли. Идет речь о том, каким методом осуществляется разведение индивидов по спец видам деятельности, без чего человеческое общество не может существовать, не может поддерживать себя.

Обращаясь M. К. Петров: жизнь и идеи к этим дилеммам, Петров фиксирует биологическую дефицитность человека, которая не позволяет ему существовать

в одиночку, а просит общества для сохранения индивидума. Но не только лишь человек, как био вид, на биологическом уровне недостаточен. Есть такие виды посреди стадных млекопитающих, есть и посреди насекомых. Сравнивая стадо, муравейник и человеческое общество, Петров отмечает, что M. К. Петров: жизнь и идеи нрав разделения деятельности у человека поближе к таковому у муравьев, чем у стадных животных. Но у насекомых специализиро­ванные особи возникают благодаря генетическому кодированию. В чело­веческом же обществе из-за генетической дефицитности человека люди движутся к спец видам деятельности после рождения. Они кодируются в эти виды M. К. Петров: жизнь и идеи деятельности внегенетическим, внебиологиче­ским соц методом.

Петров уделяет свое внимание на язык как на важное средство общественного кодировки. Способность к членораздельной речи отличает человека от животных. Хотя и молвят о языке животных, человечий язык обладает системой личных имен, которая позволяет производить адресное общение, общение индивидума с индивидумом. И M. К. Петров: жизнь и идеи возникновение имен рождает членораздельный язык, дающий возможность общения. Рассмат­ривая процесс овладения языком, Петров подчеркивает, что он осуще­ствляется усилиями малыша при малой помощи взрослых. Каждый ребенок в разговоре со взрослыми вроде бы сам творит собственный знаковый мир по меркам уже имеющегося. В период от 2 до 5 ребенок решает сложную творческую задачку M. К. Петров: жизнь и идеи и, решив ее, подтверждает свое право быть творцом. Эта задачка заключается в том, что из предъявляемых ему целостных текстов он выламывает отдельные целостные единицы, отделяет их от правил их связывания, связывает извлеченные единицы в новые адресные тексты, новый знаковый мир. По воззрению Петрова, в этой возможности освоить, практически M. К. Петров: жизнь и идеи поновой сделать язык, проявляется гносис – некое прирожденное человеку качество, отличающее его от животных. Наличие гносиса делает человека человеком – творцом культуры, отсутствие гносиса посреди прирожденных особенностей оставляет животных животными. Не позволяет им, веками живущим рядом с человеком, освоить знакомый мир культуры. Конкретно гносис проявляет себя в разных творческих актах и M. К. Петров: жизнь и идеи фиксируется под разными именами как озарение, интуиция.

Важной особенностью гносиса является его всеядность. Ребенок осваивает-творит хоть какой предложенный ему язык. Нет особенной возможности к китайскому, британскому либо русскому языку. Хоть какой из языков, предложенных малышу хоть какой национальности, он в период от 2 до 5 сделает своим, своими силами M. К. Петров: жизнь и идеи сотворит знаковый мир, схожий предложенному, станет творить на этом языке новые тексты. Это гласит о генетическом единстве людского рода, о сотворенности всех языков и культур силами самих людей, схожих друг дружке. Итак, язык является средством общественного кодировки, с помощью которого компенсируется генетическая дефицитность людского рода, осуще­ствляется подготовка и рассредотачивание людей M. К. Петров: жизнь и идеи по различным видам специали­зированных общественно нужных деятельностей.

Но тот метод кодировки с помощью языка который мы встречаем в современных онаученных.......обществах, не является ни первым, ни единственным. М. К. Петров выделяет три исторических типа Кодировки: индивидуально-именной (первобытное общество), профессионально-именной (общества земледельческого типа), универсально-понятийный M. К. Петров: жизнь и идеи. Последний и характерен для современных онаученных обществ. Появился же он полностью стихийно, в определенных исторических критериях.

По воззрению М. К. Петрова, в эгейском бассейне, на палубе пиратского корабля потребовался новый метод кодировки в деятельность, реализующуюся в изменчивой ситуации. Такое кодирование было осуществлено через адресный текст, содержащий ситуативную программку деятельности. Он приводит тексты M. К. Петров: жизнь и идеи Гомера, показывающие, что тогда это было кое-чем новым, вызывающим удивление. Создав потом метод бытия по закону-номосу, развитую штатскую жизнь, лучшую от жизни обычного общества, греки стали специально готовить деток к этой жизни. Появились школы, подготавливающие к отправлению штатских обязательств (профессиям учились обычно дома). Появилась потребность и в M. К. Петров: жизнь и идеи обосновании стиля жизни в согласовании с законом-номосом, которая была удовлетворена возникновением философии – первой европейской теоретической дисциплины, являющейся у греков граждан­ской номотетикой. Аристотель употребляет для организации философской теории категориальный потенциал греческого (флективного) языка, что для людей, прошедших школьную подготовку к штатской деятельно­сти, было более применимым.

Арсенал M. К. Петров: жизнь и идеи греческой философии был потом применен для осмысления христианских представлений о боге, понятом в качестве законодателя штатской жизни и жизни природы. Попытка скооперировать догмат о троице с нормами и представлениями древней философии привела к формированию представлений о природе как о Книжке, которую можно и необходимо прочесть. Конкретно рвение M. К. Петров: жизнь и идеи прочесть Книжку природы, объяснить ее и двигало отцами науки. В рамках классической христианской теологии, имеющей признаки дисциплинарности, появилась как итог дисциплинарной революции естественная теология, став­шая лоном современной науки. Действия XVII в., приведшие к созданию первых научных журналов, окончили эту революцию. Принципиальным событием была попытка, предпринятая Гоббсом, осмыслить Книжку природы M. К. Петров: жизнь и идеи, исходя не из норм греческого языка, а из категориального потенциала английско­го языка. Она привела к формированию взглядов на природу как на область взаимодействий, как на объект в современном смысле слова.

Принципиальным шагом в предстоящем развитии науки явилась реформа институтов сначала XIX в. Она осуществлялась под воздействием новейшей модели института M. К. Петров: жизнь и идеи как организации, совмещающей научную и препода­вательскую Деятельность, сделанной германскими философами. Эта модель была в первый раз реализована Гумбольдтом в Берлинском институте. Если 1-ые ученые были просто интеллектуалами, выходящими из средневе­ковых институтов, но порвавшими практически с ними, то сейчас ученых стали специально готовить институты силами педагогов нового M. К. Петров: жизнь и идеи типа, совмещающих академическую и научную деятельность.

Кадры для институтской подготовки вербовались из выпускников традиционных гимназий, которые отлично знали древнейшие и главные новые языки, но не знали основ наук, которыми им было надо завладеть в новых институтах. В конце XIX – начале XX в. была проведена реформа «среднего образования. За счет M. К. Петров: жизнь и идеи сокращения времени на исследование языков

было введено исследование начал основ наук. В СССР это было изготовлено в 1918 г. Такой ход событий, который породил современную модель онаучивания общества. Эту модель Петров именует экстенсивной и фиксирует ее кризис. По его воззрению, этот кризис проявляется в последующих пт.

Моноглоттизм выпускников средней и высшей M. К. Петров: жизнь и идеи школы, идущих в науку в критериях ее многонациональности, приводит к росту паранаучной деятельности по переводу, реферированию и т.п., направленной на предотвращение многократности исследования одних и тех же явлений, что понижает КПД науки. С другой стороны, распад научных дисциплин на плохо связанные вместе национальные очаги может привести к распадению M. К. Петров: жизнь и идеи ментального единства населения земли, которое на данный момент почти во всем обеспечивается глобальным феноменом науки, ее дисциплинарной организацией, не считающейся с государственными границами.

Рост количества дисциплин делает неосуществимым из-за естественной ограниченности времени обучения представить их все на школьном уровне учебниками-введениями. Это ограничивает способности организа­ции широких междисциплинарных исследовательских работ M. К. Петров: жизнь и идеи, потребность в каких все растет, потому что внедисциплинарное общение, нужное при их организации, может опираться лишь на припас познаний выпускника средней школы.

Принятый метод онаучивания не приводит к осознанию природы и нрава научного взора на мир. Наблюдается рост антинаучных построений, порожденных несовпадениями реальных результатов с ожи­даемыми M. К. Петров: жизнь и идеи, навеянными неверными представлениями о природе научного познания. Возрастает количество случаев несведущего вмешательства в жизнь науки, что приводит к застойным явления как в развитии отдельных научных дисциплин, так и науки в целом.

Проанализировав истоки этих кризисных явлений, предлагаемые пути их преодоления, Петров доказывает насыщенную модель онаучивания общества. В центре этой M. К. Петров: жизнь и идеи модели – реформа средней школы. Исходя из убеждений Петрова, школа должна готовить полиглотов, как это и просит современная наука и онаучиваемое создание. Он считает, что принципная возможность освоения 8 –10 языков теми, кто усвоил в возрасте от 2 до 5 собственный родной язык, подтверждена опытом. Дело тут исключительно в методике обучения. Время для таковой языковой подготовки M. К. Петров: жизнь и идеи должно освободиться за счет сокращения его на исследование учебников-введений в отдельные науки. Заместо их нужен учебник-терминал, вводящий в дисциплинарные языки науки. Таковой учебник может окутать огромную часть ее фронтального края. Учебник-терминал должен быть дополнен учебником, дающим познания о науке, о ее истории, предыстории M. К. Петров: жизнь и идеи, характеризующим научное познание сравнимо с другими типами познаний.

Получив такую подготовку в средней школе, считает Петров, человек будет готов специализироваться в согласовании с потребностями онау­ченного общества, будет готов использовать заслуги наук как действительное средство обновления собственной своей деятельности, в какой бы сфере она ни протекала. По воззрению Петрова, такая реформа M. К. Петров: жизнь и идеи востребует 50 – 60 лет, и начинать ее нужно на данный момент. Страна, ставшая первой на путь реформы, выиграет время и будет иметь все достоинства фаворита научного прогресса.

Таковы некие науковедческие идеи Петрова, выработанные в процессе кропотливого исследования истории науки, исследования меха­низмов ее функционирования в современном обществе. Тут дана M. К. Петров: жизнь и идеи только схема его взглядов, которые опираются на богатейший фактический материал.

В становлении этих науковедческих взглядов важную роль играют размещенные тут работы. Они излагают результаты, приобретенные на первых шагах разработки уникальной культурологической и науко­ведческой концепции, которая сложилась у создателя посреди 60-х гг. И хотя следующие 20 лет упрямой работы привели М. К. Пет M. К. Петров: жизнь и идеи­рова к постановке и решению других заморочек, приобретенные результаты оставались ядром его развивающихся взглядов. Эти выводы могут стать стимулом плодотворного обсуждения целостного исследования парадокса как науки и других явлений культуры, принципов формирования научной политики. Для фуррора такового обсуждения нужно продолжить публикацию его рукописного наследства.


m-issioner-bogatir-stranica-27.html
m-issioner-bogatir-stranica-41.html
m-issioner-bogatir-stranica-9.html